Из истории монастыря

Вспоминает художник из Зеленодольска Алексей Рябко:

«В Свияжске и Успенском монастыре я бывал не раз, еще в 1970-е годы. Я учился в художественной школе, и преподаватели часто вывозили нас – учеников, за город.   С тем, чтобы, мы, на природе, созерцая виды, приучались создавать на полотне, нечто достойное внимания. Система обучения была весьма серьезной,  нам старались привить навык работы на открытой местности, со всеми особенностями.   И, конечно, островной Свияжск, с его храмами, руинами, дивными ландшафтами был идеальным местом для творчества, как начинающих, так и состоявшихся художников.  

Но нас, в силу связанных с возрастом особенностей, интересовали другие вещи.   Я и мои сверстники наблюдали за больными психиатрической лечебницы, которая находилась в Успенском монастыре. Мы ловили их взгляды, глядели на согбенные фигуры, следили за понурой походкой.  Для нас эти больные  - были людьми из другой реальности. От них веяло чем-то страшноватым, загадочным и таинственным. Кисти, краски, мольберт интересовали нас во вторую очередь.   

Спустя годы, я стал свидетелем того, как Успенский монастырь с большими трудами начал возрождаться   при игумене - отце Кирилле (Коровине). Человек большого ума – отец Кирилл, мыслил масштабно.  Понимал, что для полноценного возрождения Успенского монастыря требуются какие-то глобальные вложения. Но в тоже время, он оставался реалистом, прекрасно осознавал, что  таких ресурсов у него нет. Поэтому придерживался принципа: делай что можешь – остальное Бог управит. Потихоньку в монастыре что-то строили, пытались вдохнуть жизнь в здания и сооружения, иначе там могло все окончательно развалиться.  

В то время, раза - два в год, весной и осенью Свияжск оказывался совершенно оторванным от мира. К примеру, весной лед сошел, но навигация еще не началась. Как прикажете до Свияжска добираться?  Жили в Свияжске такие удалые мужички, которые за бутылку водки, от противоположного берега Волги, от поселка Васильево, умудрялись переправлять людей на остров, на лодке. Все это выглядело чистой авантюрой, но лодки между двумя берегами ходили.  

Вообще, те самые удалые мужички…  эта была особая такая аудитория. Эдакие местные «гангстеры», «мафиознички». Браконъерили себе тихо, не пускали чужих в сферу своих интересов, могли и по шее дать крепко, если что.  По-моему, все потом пересидели-таки, в тюрьме, за какие-то проделки. Но в каких-то экстренных случаях, при необходимости переправиться в Свияжск, к ним можно было обращаться.

Сколько помню – остров притягивал творческих людей. В свое время там образовалась целая колония художников. Но более других я знал Максима Шешукова. Это была личность, как принято говорить, с большой буквы. Трудился много и плодотворно, отличался стоическим отношением к бытовым трудностям.  Во всяком случае, со стороны казалось, что какие-то моменты, связанные с бытом, его интересуют мало.  Образно говоря, жил как монах в миру, весь был сосредоточен на работе.

Оригинальные, между тем, Максим практиковал подходы. В Казани, в развалинах старых дореволюционных домов  искал дубовые доски. Они были ему нужны, как основа для создания икон. Обычно, материал – основу приходилось долго подготавливать. А в старых домах он находил то, что было подготовлено самим временем,  десятилетиями.

Относительно иконописных работ Максима Шешукова возникают определенные вопросы. Но человеком он был увлеченным своим делом, абсолютно ему преданным и, безусловно, талантливым, настоящим мастером.

Художники тонко чувствуют мир, но не любят шагать в общих рядах. Это часто рождает противоречия. Именно через особенности мировосприятия художника отражается сегодня главное мировоззренческое противоречие Свияжска. Противоречие, касающееся прошлого Свияжска и его новой судьбы.  Многие художники этот новый, обновленный и перестроенный град Свияжск – не приняли.  Оказалось, проще и понятнее лить слезы на руинах, восторгаться видами и… творить.

Художнику, чтобы творить, нужны эмоции. Он эти эмоции черпает, допустим, наблюдая старые, покосившиеся избы, заборы, как атрибуты стихии угасания.  А когда вокруг все чисто и гладко – его мозг впадает в «спячку» и художник, в творческом плане, начинает деградировать.  Вот такой парадокс.  

Но мудрость жизни – диктует свои правила. Поэтому все-таки здорово, что Свияжск «вытащили» из такого состояния, в котором он находился. Нужно идти в ногу со временем, развиваться, создавать новую среду. Вид руин хорошо ложится на картину, но люди  хотят жить в нормальных условиях».